Пост президента Итальянской федерации футбола в последние годы трудно назвать спокойным. Руководителю приходится отвечать за систему, которая регулярно опаздывает с реформами и постоянно рискует столкнуться с новым кризисом. Джованни Малаго принял этот вызов, имея многолетний опыт работы в спорте. В его прежней управленческой карьере были как удачные решения, так и ошибки.
Но футбол устроен сложнее других спортивных отраслей. В нём пересекаются интересы множества структур, каждая из которых считает себя незаменимой. Малаго попытался резко изменить привычный порядок, предложив доверить проект дуэту Паоло Мальдини и Леонардо. Этот выбор выглядел заявкой на полную перестройку системы.
Революция, однако, быстро закончилась. Разногласия вокруг Андреа Пирло привели к бурному прекращению сотрудничества, после чего FIGC перешла к более предсказуемому варианту. Новую связку составили Роберто Манчини и Клаудио Раньери.
Следующим кадровым решением стало назначение Дианы Бьянкеди главой делегации сборной Италии. Малаго объяснил выбор в интервью La Gazzetta dello Sport:
«Я бы назвал это культурной революцией. Быть первым вице-президентом CONI и одновременно институциональным лицом сборной Италии в поездках — значит снова поставить футбол в центр диалога со всем спортивным миром».
У назначения есть спорная сторона. Олимпийская чемпионка Бьянкеди сохраняет пост первого вице-президента Национального олимпийского комитета Италии. Совмещение двух должностей объясняется тем, что в FIGC ей отведена преимущественно представительская функция. На бумаге такая конструкция мало похожа на радикальную реформу.
Поэтому вопрос о масштабах перемен остаётся открытым. Итальянский футбол умеет подробно перечислять необходимые меры, но на практике чаще выбирает умеренные и контролируемые изменения. Если нынешний проект не даст результата, разговор о революции начнётся снова, уже с другими людьми и предложениями.