Ровно двадцать лет назад разразился один из крупнейших скандалов в истории итальянского футбола — Кальчополи. В интервью La Nazione экс-спортивный директор Ювентуса Лючано Моджи, отстранённый от футбола по итогам того дела, вновь высказался о событиях вокруг расследования.

«Ювентус внушал страх всем своей силой, но следов преступлений клуба в Кальчополи нет. Мы никогда не требовали выиграть матч — другие это делали. Предвзятость? Огромная. Мой адвокат тогда сказал: обвиняемого лучше выбрать, чем искать. Они выбрали», — заявил Моджи.

По его словам, существуют факты, которые следствие намеренно оставило в тени. В 2005 году Ибрагимович был дисквалифицирован на три матча и должен был пропустить встречу «Милан» — «Ювентус». «Мы подали апелляцию по третьей игре, а Милан уже всё знал. Meani, отвечавший у россонери за судей, позвонил десиньаторе Бергамо, и тот ответил: „Спокойно, дверь будет закрыта“. Так и случилось», — утверждает Моджи.

Ещё один эпизод, который он приводит, — матч «Фиорентина» — «Милан» 30 апреля 2005 года. По словам Моджи, перед игрой арбитр Де Сантис получил звонок от Meani с просьбой не предупреждать Несту, поскольку россонери боролись за скудетто с Ювентусом. «Жёлтых карточек действительно не было. Я ввёл режим молчания в команде, и судья сказал Meani: „Только я мог заставить Ювентус молчать“. Где были прослушивающие устройства, когда шли эти звонки?» — задаётся вопросом бывший функционер.

При этом, как подчёркивает Моджи, когда он сам пожаловался Бергамо на поражение в Палермо из-за пенальти, заговорили о «сетях Моджи». Он также коснулся темы так называемого заказчика дела: «Я не нравился Роме, а Бальдини был близок со следователем Ауриккьо. Расследование было выгодно соперникам, чтобы убрать Ювентус. Что касается Папаресты, якобы запертого в раздевалке, — надо закрыть того, кто распустил этот слух, это был лишь gossip».

В конце Моджи прокомментировал историю со швейцарскими карточками для судей: «Когда я пытался подписать Станковича, Интер перехватил его, и у меня появилось ощущение слежки. Я хотел защитить себя с помощью этих карточек, мне не нужны были сим-карты, чтобы побеждать. С судьями общались все».