Джанни Брера называл Освальдо Баньоли Шопенгауэром — за ироничный пессимизм. Настоящий Шопенгауэр говорил, что боль от смерти друга рождается из понимания: вместе с каждым человеком навсегда исчезает нечто уникальное. Второго Баньоли действительно не будет.

Он вырос в Бовизе — рабочем районе Милана, ещё не превратившемся в пространство дизайна и модных заведений. В молодости Баньоли делал ремни и сантехнику, работал токарем. Свои политические взгляды он объяснял просто:

«Я социалист, как мой отец, потому что доверяю ему».

Именно убеждения помешали тренеру возглавить «Милан» в 1987 году. Сильвио Берлускони рассматривал его кандидатуру, но отказался от идеи, посчитав Баньоли коммунистом.

Игровую карьеру Освальдо начинал в «Милане», а первым клубом на тренерском пути стала «Вербания». Главного успеха он добился в 1985 году: его Верона сенсационно завоевала скудетто. Символом той сказочной команды стал гол Пребена Элькьера, забитый без одной бутсы — словно в футбольной версии истории Золушки.

Философия Баньоли строилась на простоте. Он не был одержим тактическими схемами и старался найти каждому футболисту естественную роль.

«Крайний защитник должен играть крайнего защитника. Я спрашиваю футболиста: “Где ты хочешь играть?” — и стараюсь поставить его на правильное место. Простота — высшая форма изощрённости».

После Вероны тренер возглавил Дженоа. Живя в Аренцано, он вечерами наблюдал за уходящими в море лодками и дружил с рыбаками. С генуэзцами Баньоли победил «Ливерпуль» на «Энфилде», вписав новую главу в историю клуба. Рабочую кепку на его голове сравнивали с головным убором Джона Леннона, но Освальдо отшучивался:

«Какой ещё Джон Леннон? Это из-за синусита».

Затем его пригласил Интер. Синьора Пеллегрини после графологической экспертизы решила, что тренер «не умеет командовать». Баньоли так и не смог разгадать Денниса Бергкампа, словно пытался рассмотреть что-то в тумане. История закончилась конфликтом: на требование президента Пеллегрини уйти в отставку Освальдо ответил:

«Это вам должно быть стыдно».

В 58 лет Баньоли оставил футбол. Дальше он жил закрыто, честно и просто — именно так, как всегда работал.